Дмитрий Шевченко: Мне по-прежнему интересно дело, которым я занимаюсь

2 Февраля 2022
{{ item.title }}

В эфире телеканала «Интер» продолжается показ остросюжетного детективного сериала «Провинциал». Над созданием 24-серийной картины в течение весны-лета прошлого года работала команда «Кинокомпании «Киевтелефильм». Режиссером-постановщиком выступил Сергей Щербин. А одну из ключевых ролей в ней исполнил известный актер театра и кино Дмитрий Шевченко.

Нашим журналистам удалось встретиться с артистом и побеседовать с ним об актерской профессии и работе в новом проекте.

Все подробности – далее в материале.

  – Дмитрий Валерьевич, исходя из Ваших интервью, можно сделать вывод, что Вы довольно избирательно относитесь к предлагаемым ролям. Что стало определяющим в принятии решения приобщиться к работе над проектом «Провинциал»? 

– Прежде всего, потенциал, который я увидел в первых двенадцати сериях сценария, предоставленных мне для ознакомления. Несмотря на то, что на тот момент сценарный материал еще не был готов окончательно, он показался мне весьма любопытным по жанру и авторскому стилю. Также понравился многослойный юмор, заложенный автором в диалоги героев. Удалось ли нам его сохранить – решит зритель.

Кроме того, свою роль в принятии решения сыграла личность Валентина Олеговича Опалева, с которым мы давние друзья и с которым мне показалось не рискованным взяться за работу над материалом, даже не дочитав его.

– Какие отличительные черты присущи майору Кудыме, роль которого Вы исполняете в сериале «Провинциал»?

– После некоторого успеха сериала «Мажор», где мне досталась роль подполковника Пряникова, я понимал, что во избежание повторений нужен абсолютно другой герой в полицейских погонах, которого, соответственно, необходимо наделить совершенно новыми красками. Майор Кудыма порой кажется крайне глупым, а порой, наоборот, проявляет себя, как проницательный и опытный профессионал. Он бывает труслив, пресмыкается перед непосредственным начальником, при этом в общении с руководством рангом выше ведет себя на равных. Он строг с подчиненными, при этом бывает крайне дружелюбен и откровенен с ними. В общем, в нем все время сочетаются две противоположности. Надеюсь, эту особенность героя нам удалось воплотить органично и интересно, и публика это увидит.

– Каково было дублировать своего персонажа на украинский язык?

– Это было для меня очень ответственно, но вместе с тем вызывало некий азарт, поскольку, несмотря на то, что я хорошо знаю украинский язык, опыта общения на нем у меня не было. Я с детства читаю книги на украинском, в свое время вел двуязычное ток-шоу на одном из телеканалов, бывая на съемках в Киеве, хожу в кинотеатры, где смотрю фильмы, дублированные на украинский, но все-таки работа над 24-серийным проектам рядом с профессиональными актерами дубляжа для меня, дебютанта в этом амплуа, была, безусловно, волнительным процессом. Пришлось  выполнять большой объем домашней работы (консультироваться с носителем украинского языка касательно точности перевода и особенностей произношения), поскольку хотелось, чтобы речь персонажа осталась живой и понятной для зрителя.

– Мне кажется, это огромный плюс для картины, когда актер, исполняющий роль того или иного персонажа, впоследствии сам же и дублирует его…

– Ну, я ведь знаю, что вкладывал в ту или иную сцену, реакцию и даже интонацию. Поэтому кто, кроме меня, в процессе дубляжа сможет все это в точности воссоздать? Мы же, кстати, еще следили за липсигом (полной синхронизацией звукового и визуального ряда, – Ред.) и порой это было еще тем испытанием, поскольку украинская речь напевнее и мелодичнее русской, а в сценах были весьма эмоциональные диалоги, во время которых я прямо как из пулемета выпаливал реплики. И это был ужас (Смеется, – Ред.). Приходилось оттачивать эти фразы как скороговорки, и лишь затем записывать.

Отдельно хотел бы отметить, что в «Кинокомпании «Киевтелефильм» работают просто супер-профессионалы. Звукорежиссер, например, где это было необходимо, немного ужимал фразу технически, монтировал что-то, тем самым облегчая мне жизнь. Это очень здорово, когда ты можешь доверять специалистам, сидящим за пультом, когда ты уверен, что в дальнейшем из огромного количества дублей будет взят самый лучший. Пользуясь случаем – мой низкий поклон тем, кто помогал мне в дубляже.

– А чем для Вас определяется комфортность рабочей атмосферы на съемочной площадке: организацией съемочного процесса, партнерами, с которыми приходится работать или чем-то еще?

– Для меня важно, чтобы внутри актерского ансамбля было дружеское общение. Или хотя бы его иллюзия (Улыбается, – Ред.). Проще говоря, в процессе совместной работы нужно полюбить всех коллег и стараться вести себя так, чтобы, если уж тебя и не полюбили в ответ, то ты хотя бы никого не раздражал (Улыбается, – Ред.). А, уж тем более – не вызывал ненависти.

То же самое, к слову, касается и всех остальных участников съемочной группы. Приветливое общение с каждым человеком на площадке, обращение ко всем по именам, позволяет мне с большей легкостью настроиться на творческий процесс.

– Вы весьма скрупулезно подходите к работе над ролью. Если говорить глобально, чем для Вас является каждый новый проект?

 – Частью жизни. Несмотря на массу разочарований, неудовлетворенности своей профессией, мне по-прежнему интересно это странное дело, которым я занимаюсь. Вы же знаете – «Профессий много, но прекраснее всех – кино… Кино – волшебный сон. Ах, сладкий сон…».

– А что Вас больше всего привлекает в профессии: работа над ролью, погружение в обстоятельства своего персонажа или что-то еще?

– Да, безусловно, это не весь перечень… Данная профессия дарит столько возможностей и счастья – впрочем, как и горя –  что я, на самом деле, могу очень долго перечислять все ее преимущества.

Одно из них – это, пожалуй, общение с людьми «из телевизора», за творчеством которых мне крайне интересно наблюдать. К счастью, такие личности по-прежнему есть в нашей профессии и встречи с ними порой бывают поистине феерическими. Мы можем даже ни разу не пересекаться до этого и, разойдясь, крайне редко общаться, но на время совместной работы над проектом мы становимся настоящими друзьями.  И это дорогого стоит.

Еще один приятный бонус – это киноэкспедиции. Поскольку у тебя есть возможность побывать в таких городах и на таких объектах, на которые ты бы никогда в жизни не попал, не будучи связан с нашей профессией…

Не менее любопытно и разгадывание текста. Даже в материале среднего уровня всегда нужно найти логику. Кто-то это отметает и говорит просто, что автор глуповат. Но, в таком случае, зачем тогда браться за эту работу? Поэтому ты говоришь: «Автор так видит» (Смеется, – Ред.), – и пытаешься понять, какие все же смыслы могли быть заложены в текст. Ищешь средства, которыми ты будешь все время будоражить публику, которая в ответ будет искать подвох, скрытые смыслы, понимать, что все не так очевидно, и говорить себе: «Что-то здесь не так», – продолжая следить за историей твоего персонажа, заинтригованная этой загадкой.

– Мои преподаватели по актерскому мастерству неоднократно говорили о том, что не бывает плохих ролей, бывают – недоработанные. И даже самый незначительный нюанс всегда можно обратить так, что зрителю станет интересно наблюдать за героем… 

– Ну, да-да. Абсолютно согласен с вами. Об этом и речь.

– Перечитав комментарии зрителей к Вашим интервью и проектам с Вашим участием, могу отметить, что публика довольно благосклонна к Вам. И большинство отмечает, что все Ваши персонажи очень разные. Насколько для Вас важна оценка со стороны и что перевешивает: оценка зрителя или профессионального окружения?

– Вы знаете, я стараюсь этим не интересоваться. Поскольку все это довольно относительно. Есть работы в моей в фильмографии, которые лично мне нравятся, но при этом прошли совершенно мимо публики. А, читая, например, комплементарные отзывы о себе, параллельно можно увидеть не менее лестные комментарии в адрес кого-то из тех коллег, чья работа мне категорически не нравится. В такой ситуации становится очевидно, что нет ничего настолько плохого, что не понравилось бы той или иной категории публики. Можно дойти до самого дна и стать самым низкопробным халтурщиком, и при этом все равно найдется зрительская аудитория, которой это будет нравиться. Поэтому, на мой взгляд, не стоит вообще заморачиваться этой частью нашей профессии. «…Хвалу и клевету приемли равнодушно, и не оспаривай глупца…», – как писал Александр Сергеевич (Пушкин, – Ред.)…

Что же касается оценок коллег, то есть узкий круг профессионалов, с которыми я работал и мнение которых для меня, действительно, ценно. Но, опять же, его ценность заключается не в том, чтобы услышать похвалу и потешить свое самолюбие.

–  Понимание того, что тот или иной проект будет сопровождаться успехом, формируется на уровне каких-то внутренних ощущений?

– Преимущественно – да. И, если честно, порой даже не понятно, как это все работает. Об этих проектах начинают говорить, вокруг них будто возникает некая атмосфера успеха.

Но, к слову сказать, зачастую именно эти проекты (а мне повезло – у меня их наберется порядка пяти) коллеги, мнению которых я доверяю, абсолютно не ценят. И, как правило, каждый из них разносили в пух и прах (Смеется, Ред.).  Они говорят: «Нет, старик… Вот в той работе, которая прошла мимо зрителя, которую никто не оценил, ты был настоящий и сделал то, чего от тебя никто не ожидал». Понимаете? (Смеется, – Ред.).

– А публика тем временем наоборот принимает их с признанием…

– Как мы с Вами уже обсудили, признание публики – это весьма неоднозначная штука… И, по большому счету, наша судьба в профессии зависит не от нее, а от интереса со стороны продюсеров, руководства телеканалов и таблоидов. Как это ни печально…

– Успех, узнаваемость – это  приятный бонус или груз, который приходится нести в течение всей жизни?

– По большей части – груз, но изредка и приятный бонус. Очень редко тот факт, что тебя узнали, оборачивается какой-то пользой. Как правило, это, наоборот, порождает ненужную суету, мешающую твоей приватности.

– За столь долгое время медийности научились относиться к этому проще?

– Да, выработались защитные механизмы, схемы поведения. Если раньше могли возникнуть ситуации, к которым я оказывался не готов, то сейчас в большинстве случаев запросто предугадываю, как себя поведет в той или иной ситуации такая активная публика. Люди почему-то думают, что подойдя к узнанному актеру, они скажут что-то крайне оригинальное, не подозревая, что на самом деле он все это неоднократно слышал… Ты постепенно научаешь себя спокойно и корректно на все реагировать. Даже от откровенного хамства можно защититься: холодным отношением, сдержанностью или полным игнорированием происходящего.

– Общаясь с актерами, нередко слышу о том, что актерская деятельность требует серьезной самодисциплины. Условно говоря, будь ты даже одарен от природы, как Моцарт, не работая над собой,  рискуешь растерять этот дар, так и не достигнув никаких высот. На Ваш взгляд, востребованность в профессии определяется исключительно талантом или же совокупностью неких качеств?

– Знаете, говоря о Моцарте, все почему-то думают, что это поцелованный Богом баловень судьбы. Конечно – так. Но не стоит забывать, что отец заставлял его заниматься игрой на музыкальных инструментах с раннего детства и в свои пять-шесть лет он уже начал гастролировать по всей Европе: из одного королевства в другое, от одного знатного вельможи к другому. То есть он работал каждый Божий день. Поэтому, безусловно, достижение результата всегда сопровождается несколькими составляющими: талант, дисциплина и, что немаловажно, –  отсутствие чванства.

Мы в нашей профессии иногда путаем вполне стандартное рабочее отношение администрации съемочной группы к нам с невероятной собственной значимостью. Да, пока мы снимаемся, нам носят чай и еду в актерский вагончик, нас возят в хороших машинах, ведут наш график, оказывают знаки внимания и преувеличенного уважения, но это не от того, что мы какие-то особенные, а лишь для того, чтобы с нами в это время все было в порядке и не был сорван съемочный процесс. Это закон кинопроизводства. Практически в каждой кинокомпании так относятся к артистам, исполняющим не только главные, но и вторые роли. К сожалению, это пагубно влияет на слабые умы.

Актерам свойственно порой отрываться от реальности, а ведь каждую минуту нужно помнить – весь этот кайф завтра может закончиться, твой мобильный будет молчать и ты будешь сидеть в ожидании новых предложений.

– Кто такие актеры, на Ваш взгляд?

– Мы – обычные люди, которые произносят чужой текст. Все наше отличие в том, что мы часто появляемся на экранах.

***

Напомним, полным циклом производства сериала «Провинциал» занималась «Кинокомпания «Киеветелефильм». Картина снималась в Киеве и Киевской области.

Детальнее об актерском ансамбле и съемочном процессе также можно прочесть в материалах:

«Перестрелки, погони и драки: «Киевтелефильм» продолжает съемки сериала «Провинциал»

 «Провинциал»: О масштабах декораций, сценарии и актерском ансамбле»

«Съемки сериала «Провинциал»: О работе творческой группы»

Александр Пашков: Профессия у меня всегда на первом месте

Влада Веревко: Всегда мечтала сыграть оперативницу

___________________

«Провинциал»

***

24 серии

Криминальная мелодрама

2021г.

***

Автор сценария: Георгий Конн

Режиссёр-постановщик: Сергей Щербин

Оператор-постановщик: Антон Вербин

Художник-постановщик: Александр Уколов

Художник по костюмам: Татьяна Зубарева

Художник по гриму: Ирина Бойцова

Директор съемочной группы: Артём Сулига

Исполнительный продюсер: Павел Карван

Генеральный продюсер: Валентин Опалев

Читайте также